Том 11. Пьесы, киносценарии 1926-1930 - Страница 77


К оглавлению

77
 Примите
    против внутренних неполадок
 внутреннее
       лекарство
             самокритики.


 Ставь прожектора,
         чтоб рампа не померкла.
 Крути,
    чтоб действие
             мчало, а не текло.
 Театр
   не отображающее зеркало,
 а —
 увеличивающее стекло.


Ступись,
    острия
    комедийных шил,
 комедии
       в страшном риске, —
 нотами
    всех комедиантов
           пересмешил
 комик —
    папа римский.


 Цените
    искусство,
       наполняющее кассы,
 но искусство,
    разносящее
           октябрьский гул,
 но искусство,
    блещущее
         оружием класса,
 не сдавайте
       врагу
         ни за какую деньгу.

Лозунги для лент финала

Руби капиталу и корни и ветки!
На непрерывку провода и ремни!
К социализму лети в пятилетке,
в нашей машине времени!


Шагай, страна, быстрей, моя, —
коммуна у ворот.
Вперед, время!
Время, вперед!

[1930]

Москва горит (1905 год). 1-я редакция

Героическая меломима

I часть

Четыре глашатая вышли с четырех сторон потушенной арены. На каждом светящаяся цифра 1, 9, 0, 5, — становятся вместе, собирают год.

1-й глашатай


1905!
   1905!
Семнадцатым
     годом
        горд —
оглянись
   и вспомни опять
пятый
   горящий год.

2-й глашатай


Шутки
   любит цирк.
Но между
   шуток веселых
вспомни,
   как мёрли отцы
в запоротых
   городах и сёлах.

3-й глашатай


Еще и сегодня
   расслышат потомки
в громах
   черноморского рёва,
как шел
   один
   броненосец «Потемкин»
на всю
   эскадру царёву.

4-й глашатай


Земля
   и море
   кровью багримы.
Под пулями
   падали неисчислимо,
как пал
   машинист Ухтомский,
и складывал
   полковник Ри́ман
трупы,
   как в штабель доски.

1-й глашатай


Звезда Советов,
   над миром лучись,
на земли наши,
       что ни случись,
не ступит
   вражья нога.
Товарищ,
   сквозь смех
            смотри и учись
до дна
   ненавидеть врага.

4-й глашатай


Глядите:
   кровавую кашу наваря,
царь
        расхлебывает
>9-е января.

Разворачиваясь по всему барьеру, разукрашенные военные несут распластанные штаны. Бесконечная лента скрывается в дворцовых воротах, а из дворцовых ворот — бесконечная лента с узелками, скрывающаяся под вывеской «Прачка двора его величества». Посредине сцены очкастый обыватель — рыжий — пристает к главному военному.

Рыжий


Куда это
   штанов такое количество?

Военный


Их величеством в стирку сданы.
Нехватка в штанах.
        Его величество
вынужден
   ежеминутно
              менять штаны.

Арена тухнет. На арене один музыкальнейший клоун в огромной, набок, короне поет, вызванивая на водочной бутылке.

Клоун


Царь испугался,
   издал манифест:
мертвым свободу,
   живых под арест.
Ну и конституция —
       сахар и мед.
Мертвым свобода —
        живым пулемет.
Рот, улыбайся,
     радуйся, народ!
Мертвым свобода —
       живым…
       наоборот.

Клоуна закрывают пять экранов. На каждой створке появляется манифест:


     Божьей милостью
        Мы,
     Николай Вторый, и т. д.

Когда манифест окончен, сквозь него проступает кровавая лапа:


     Руку приложил —
       Трепов.

Экраны подымаются, на арене бал и пир. Гремит военный оркестр. Студенты, барышни, офицеры. Два стола, убранные винами и поставленные так, что между ними может проехать тюремная карета. Каждый приходящий несет лист манифеста в виде огромной карты. Два присяжных поверенных, лощеные и во фраках, бросаются друг к другу через всю арену.

1-й присяжный поверенный


Петр Петрович?!
       Разрешите лобызнуть.
Пошла
   история
   с нового абзаца.

2-й присяжный поверенный


Окончилась,
   окончилась забастовочная нудь.
Иван Иваныч —
   разрешите облобызаться.

Музыка. Парочка — студент и барышня — вальсирует.

Студент (восхищенной барышне)


Вы звезда
   моего
   студенческого небосвода…
Наступил на мозоль?
        Прошу прощения.
У нас свобода,
   свобода-свобода.
Свобода совести,
   собраний
77